Как устроен интернат

Как устроен интернат
Каждый интернат, независимо от количества мест, на которые он рассчитан, состоит из двух основных подразделений: подразделение для детей, которые способны к самостоятельному передвижению и частично или полностью себя обслуживают (1), и подразделение с приятным названием «Милосердие» (2).

Само название указывает на тяжесть состояния детей и подростков, которых оно обслуживает. В основном, это лежачие пациенты, которые проводят свою жизнь в пределах постели и инвалидной коляски, питаются протертой пищей (не во всех случаях, но очень часто) и лишены способности удовлетворять свои потребности. Степень их интеллектуального снижения может быть как легкой и умеренной, так и глубокой, что делает эту группу весьма неоднородной. Наиболее трагичны ситуации, когда физическая беспомощность сочетается с относительно сохранным интеллектом и пониманием того, сколь уныла уготованная человеку участь.

Если среди читателей есть те, кто считает сохранение и поддержание жизни таких детей нецелесообразным, я прошу их воздержаться от дальнейшего чтения. Человеку, который к совершеннолетию не понял значение слова «милосердие», я его объяснить не смогу.

Теперь, когда у экранов остались только нормальные люди, мы продолжим.

К огромному сожалению, во многих интернатах мы сталкивались с недооценкой потребностей всех воспитанников: и тех, которые полностью себя обслуживают и могли бы посещать коррекционную школу и овладевать простыми профессиями, и тех, которые благодаря отсутствию развивающих интервенций ведут исключительно лежачий образ жизни. В отношении первых нередко имеет место гипердиагностика, то есть ребенку ставится более тяжелый диагноз, чем следует. Почему так происходит?

Если коротко, то причина – в низкой профессиональной компетентности и безответственности. Рассуждения типа «лучше поставить диагноз похуже, чем получше» мы слышали повсеместно. Чем это лучше, никто нам так и не разъяснил. На умственно отсталого ребенка специалисты изначально смотрят как на объект, не имеющий перспективы, и потому они не видят разницы между легкой, умеренной и тяжелой степенями умственной отсталости, а ведь это – совершенно разные возможности в плане получения образования!

Ребенок с легким и умеренным снижением может посещать занятия в коррекционной школе, может получить элементарную профподготовку и в будущем жить независимо (или на сопровождаемом проживании), в то время как глубоко умственно отсталый не получает никаких образовательных услуг и обречен на стационарные формы социального обслуживания (то есть только в ПНИ).

Спрашиваю: «Почему не поменяете диагноз на более легкий?» (при этом доктор согласен, что диагноз тяжелее состояния).

Ответ: «Да какая разница? Все равно он умственно отсталый!».

Это примерно тоже самое, что на вопрос «почему не была сделана операция», ответить: «Да какая разница? Он бы все равно когда-нибудь умер».

Еще плачевнее ситуация в «Милосердиях» (в контексте интернатов это слово обретает какой-то новый смысл, допуская и множественное число, и другие речевые обороты).

Дети в «Милосердии» воспринимаются некоторым персоналом не только как бесперспективные объекты, но и как полуживые существа, не восприимчивые ни к боли, ни к человеческому отношению. Сухой и без пролежней – вот стандарт, который поддерживается безукоризненно. То, что эти дети нуждаются в общении, в развитии, в облегчении боли, в разнообразных впечатлениях, в регулярных прогулках, в речевом контакте, в специальном оборудовании и питании – все это надо терпеливо и настойчиво втолковывать, преодолевая мощное внутреннее сопротивление.

Формально и для этих детей прописаны программы развития, но реально в некоторых интернатах им даже не чистят зубы. Из-за такого ухода (точнее – его отсутствия) к 8-10 годам эти дети становятся беззубыми, а что такое жизнь без зубов, всем взрослым понятно.

К нашему визиту в санитарной комнате выставляются аккуратные ряды зубных щеток, ни разу не прикоснувшиеся к детским зубам, но достаточно заглянуть в маленький ротик, чтобы убедиться, что там уже давно нечего чистить (либо под зубным камнем сгнило все, что способно к гниению, либо зубки стерты до пеньков из-за пожизненного питания протертой пищей)!

Вот идеальные щетки:

Показать фотографии зубов не могу по этическим соображениям, хотя для отчета я их, разумеется, сделала.

Почему персонал не чистит зубы детям и не учит их соблюдать гигиену полости рта? Думаете, из вредности?

Конечно, нет. Санитарки и медсестры искренне полагают, что чистить зубы в принципе необязательно!

Серьезная беда отделений «Милосердия» — дети с низкой массой тела. На эту тему следует поговорить отдельно.

В следующий раз…
12:56
16
Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: Дети, Лытдыбр.
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
После истории рассказанной Сашей Шульчевым совсем потерялась надежда, что когда-нибудь к этим детям будет человечное отношение.
12:22
Необыкновенная, чудесная история.
15:10
Ольга, есть надежда, что хоть что-то изменится после проверки? От этих щеток дурно становиться.
Оно меняется уже в ходе проверки. И надежда на то, что изменения будут носить устойчивый характер, есть.
Причём тема с гипердиагностикой актуальна и в обычной поликлинике. Пришла с дочкой (проблемы с учёбой) — говорят она у вас отстаёт в развитии, направляем в спецшколу. При этом на вопросы «распишите конкретно, давайте выявим проблемы и будем прорабатывать по одной» говорят «вот в спецшколе и разберёмся». Очевидно, что в спецшколе скажут «да ладно, вот она какая молодец» и разбираться что можно сделать «на улучшение» тоже не будут.